«Человек доверяющий»: от проекций к концепции

«Человек доверяющий»: от проекций к концепции

Актуальность проблематики доверия в современном мире можно оценить не только по значительному объему публикаций в социально-гуманитарных науках, но и по личному опыту бытия в мире. Доверие является не умозрительным понятием, а дано эмпирически через взаимодействие с элементами реальности коммуникацию, культуру, общество в целом.

«Человек доверяющий», по нашему мнению, есть концептуальное понятие, характеризующее важнейшее измерение доверия в существовании современного индивида наряду с «человеком играющим» или «человеком разумным». Возрастание роли доверия в жизни современного человека проявляется в увеличении интеракций в процессе взаимодействия с миром и его представителями. Мир сегодня представлен значительно большим разнообразием субъектов-носителей религиозных, культурных, этнических характеристик и особенностей. Растущее многообразие «вынуждает» мир быть открытым, а доверие человека к его представителям неизбежным. «Человек доверяющий» встроен в поливариативное пространство социокультурных факторов, и это определяет зависимость доверия от ценностей, региональной ментальности, национальных особенностей, опыта прошлого. Влияние культуры на доверие, с одной стороны, позволяет говорить о многообразии причин, профилей доверия, а с другой – о его социокультурных константах и базовых основаниях.

Структура доверия является поликомпонентной, а его динамика – многофакторной. Во-первых, следует говорить о таких компонентах как вера и уверенность и существовании конструкта «доверие – вера – уверенность». Например, Э. Гидденс полагает, что социальное доверие – вера и уверенность, связанные друг с другом и основанные на знании, чем отмечает рациональную природу данного феномена. И.В. Глушко считает, что доверие – специфическая форма веры, «выступающая первичным предикатом веры» [1, с. 44], и проявляется как феномен и в сфере общения, и в познании. Действительно, в условиях многообразного бытия современного человека, вера, предполагающая минимизацию рационального и максимизацию безусловного, особенно проявлена как высшая форма доверия, исключающая критическо-недоверительное отношение.

Эмпирия доверия может быть рассмотрена через ценностно-институциональный ракурс. Аксиологический анализ доверия определяет само доверие как ценность, явление, обладающее значимостью для человека и общества, его сфер и институтов. В то же время ценностными основами доверия выступают безопасность, порядок, стабильность, вера. Человек доверяющий – это человек, стремящийся к упорядочиванию своей жизни, минимизирующий риски, повышающий определенность в условиях динамичной реальности. Институциональный профиль доверия позволяет определить его как совокупность правил и процедур, структурирующих социальное взаимодействие и влияющих на пространство поведения индивидуальных и коллективных субъектов. Динамика ценностно-институционального континуума доверия демонстрирует, что под влиянием изменившихся ценностей современного общества институты подвергаются трансформации, причем эти изменения могут носить как эволюционный, так и революционный трансформационный характер.

Многообразие проявлений «человека доверяющего» в современном обществе и необходимость концептуализации данного феномена позволяют выделить следующие измерения проблемы.

Доверие (к) себе. Данное измерение доверия оказывается наиболее близким (к) человеку и одновременно не менее проблемным. Открывающийся здесь комплекс вопросов о доверии человека к самому себе, о факторах, обеспечивающих и блокирующих доверительное отношение. Необходимость доверия к себе может восприниматься как само собой разумеющееся. Не доверять себе нельзя. В общем смысле слова, не доверяя себе, человек не мог действовать, в том числе по отношению к самому себе. В данном случае доверие к себе становится уверенностью в себе. Значимым аспектом доверия к себе выступает проблема технологий доверия. Современный мир, как неоднократно это отмечалось социологами, философами, торжествует рациональность. Мир, согласно, Дж. Ритцеру рационален, технические машины вытесняют человеческий фактор, реальность калькулируется, а риски минимизируются. Доверие к себе становится не задачей конструирования диалога с самим собой, а превращается в проблему нахождения нужной технологии, которая позиционируется как панацея. Так в систему отношений «Я – Я» и формирования доверия к себе, интегрируется большое количество посредников в виде экспертных решений-консультаций, медийных образов. Например, образы моделей из beauty-индустрии подрывает доверие к самому себе, и человек вступает на путь исправления посредством индустрии фитнеса, питания и омолаживающих процедур. В условиях тотальности рыночной логики современной экономики предлагается купить средство для повышения доверия. В современном мире человек ускользает от самого себя, и сам человек это чувствует, пытаясь удержать себя в реальности. Популярность феномена «selfie» как снимка самого себя обрела устойчивые версии осмысления, начиная от философского и культурологического и заканчивая психолого-клиническим дискурсом. В данном  случае, человек фиксирует свое Я. Это и есть dasein для субъекта современности – «сам себя здесь и сейчас».

Доверие к миру. Человек находится в мире – реальности. Он оказывается вброшен в нее, создан ею, сталкивается с ее ценностями, его бытие тут и здесь в ней свидетельствует нам опыт философской рефлексии. Именно доверие выступает механизмом, соединяющим реальности «Я – Я» и «Я – Другой» в систему «Я – Мир». Доверие к миру может быть конкретизировано на примере институционального доверия. Э. Гидденс определяет его как доверие к абстрактным системам, например институтам государства, права, рынка, собственности. Именно они в условиях современного общества включаются в орбиту доверия как альтернатива утрачивающим силу традиционным регуляторам. Человек не просто доверяет, он вынужден доверять. В системе доверия к миру современность предлагает человеку рациональность, через научное, политическое, экономическое измерение. Доверие, в контексте рациональности, вообще является актом расчета, в набор данных ожиданий входит оценка предполагаемого результата взаимодействия, его последствий и это всё есть результат решения. «Я рассчитывал на тебя..», «доверяй, но проверяй» – это далеко не полный перечень проявлений рациональности в формировании доверительного отношения. В то же время очевиден иррациональный профиль доверия, например, призыв «доверяй сердцем» актуализируется в избирательном процессе, когда абстрактные системы нуждаются в воспроизводстве логики межличностного доверия. Также, будучи «совокупностью социально обоснованных и социально подтвержденных ожиданий со стороны индивидов в отношении других индивидов, … организаций, доверие поддерживает устойчивость и интегрированность общества» [2, с. 157].

Доверие к Другому. Человек живет в реальности, представленной Другими и в реальности других, будучи включенным в систему взаимодействий и именно в доверии Другому проявляется доверие человека к миру, это микрокосм в котором для человека конкретизирована реальность. Поскольку взаимодействие с миром в его полноте невозможно, то человек взаимодействует с Другим как носителем мира. Через Другого, со-отношение с ним субъект способен понять и идентифицировать себя. Другой выступает точкой отсчета моего поступка. Взаимодействие с Другим и понимание этого взаимодействия можно осуществить через социальное измерение. Социальное измерение открывает нам мир социальных взаимодействий, где человек доверяет/не доверяет Другому. Применяя идею Э. Гидденса о персонифицированном доверии, отметим, что оно является «источником чувства честности и аутентичности себя самого» и через его механизм снижается угроза «утраты личностного смысла» [См.: 3, с. 145–155].

В заключении отметим, что потребность в осмыслении «человека доверяющего» обусловлена вызовами современности. Многообразие социальной реальности и необходимость взаимодействия с ней делает доверие важнейшей характеристикой отношений человека к миру. Рациональное и иррациональное, индивидуальное и коллективное – далеко неполный перечень факторов, взаимодействие которых позволяет определить амбивалентность или двойственность человека, который доверяет. В условиях диктата рациональности современной цивилизации, можно фиксировать «ренессанс веры» и эскалации рисков уверенности. Человек становится недоверчиво-критичным и одновременно слепо-верящим продуктам медийной и виртуальной реальности. Одним из оснований концептуализации проблемы «человека доверяющего» выступает теория рисков. Доверие есть важнейший механизм минимизации рисков человека в социальном мире и на его формирование оказывают влияние факторы культуры, национальная ментальность, предшествующий опыт доверия. Потенциал доверия как условия освоения личностью внешнего мира также обладает как рискминимизирующим, так и риск-генерирующим эффектом. Доверяя, как отмечалось ранее, человек становится открытым миру, доверие переходит в уверенность вследствие типизации совершаемых действий, приобретая риск-эффекты: снижение бдительности, и, следовательно, безопасности.

Литература:

 1. Глушко И.В. Гносеологический потенциал доверия // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота, 2014. № 8 (46): в 2-х ч. Ч. II. C. 42-45.
 2. Гужавина Т.А. Доверие и его роль в модернизационном развитии региона// Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз 5 (35) 2014 С.156-172.
 3. Гидденс, Э. Последствия современности / Э. Гидденс. – М.: Издательская и консалтинговая группа «Праксис». – 2011.
Количество показов: 6